К середине 2021 года такое явление, как криптовалюты, перестало восприниматься как нечто новое и непонятное. Это произошло через 13 лет после появления первой и пока самой популярной децентрализованной криптовалюты биткойн.
Такие средства платежа формально можно отнести к "частным" валютам, эмиссия которых не осуществляется государствами. Однако парадокс заключается в том, что эти валюты одновременно и никем не контролируются, что дает им некоторые преимущества.
Но технологический прогресс в финансовой сфере не стоит на месте. Коль скоро существующие криптовалюты уже доказали свою жизнеспособность, теперь приходит время для широкого внедрения подобных инструментов на государственном уровне. В противном случае традиционные фиатные валюты рискуют утратить привычную монополию в качестве безальтернативного средства платежа. Вместе с тем популярные криптовалюты по-прежнему не приобретают статус широко признанного законного платежного средства. Они продолжают существование в глобальной финансовой системе в качестве некого "гадкого утенка". Конечно, для этого имеются веские предпосылки.
Более того, следующее поколение электронных денег способно закрепить за Bitcoin и иными популярными криптовалютами их нынешний маргинальный статус пилотных переходных проектов. Скорее всего, это не будет связано с их недостатками. История неоднократно указывает на то, что новые эффективные технологии зачастую не доходят до стадии широкого внедрения по причине инертности собственной отрасли и по политическим соображениям.
Новая версия боливара
Не затихающая информационная шумиха по поводу глобальной вспышки COVID-19 объективно отвлекает внимание от большого количества не менее важных новостей. Между тем Центробанки целого ряда стран уже сообщили о планах запуска цифровых аналогов национальных валют в течение нескольких ближайших лет. Это относится и к эмитентам настолько важных мировых резервных валют, как доллар США и евро. А в Китае уже тестируется цифровой юань (DCEP).
Недавней новостью из этого ряда стало сообщение Центрального банка Венесуэлы о запуске цифровой версии национальной валюты с 1 октября 2021 года. Одновременно с этим состоится деноминация суверенного венесуэльского боливара в масштабе 1:1 млн. По-видимому, указанные нововведения не являются прихотью местного Центробанка. Это скорее выглядит как отчаянная попытка вернуть финансовую систему страны к состоянию относительного равновесия.
Напомним, что Венесуэла является признанным мировым лидером по доказанным запасам нефти. Казалось бы, при численности населения менее 33 млн человек это должно было обеспечить этой стране относительно безбедное существование. Однако в настоящее время в ней по-прежнему не развязан очень сложный узел экономических и политических неурядиц. Самые мрачные экспертные оценки указывают на то, что государству фактически грозит банкротство.
Венесуэла дошла до крайне сложного экономического положения в результате санкций со стороны США, которые были введены под предлогом недемократичного переизбрания нынешнего президента страны Николаса Мадуро. Одной из самых болезненных мер в этом отношении стала заморозка долларовых счетов Каракаса. В данном случае характерная для сырьевых стран зависимость от пресловутого нефтедоллара сыграла с Венесуэлой злую шутку.
Нефтедобывающая страна порой была вынуждена импортировать бензин и химические реагенты для производства нефтепродуктов со стороны Ирана, который, правда, находится в схожей ситуации по давлению санкциями. Помощь осуществлялась в обмен на золотые слитки. В СМИ приводились данные о том, что стоимость одного литра бензина в стране составляет более половины официальной минимальной заработной платы.
Однако, как показывает опыт, даже использование физического золота для накопления и международных расчетов не является гарантией отсутствия вероятных проблем. Уже около трех лет Банк Англии отказывается вернуть правительству Венесуэлы находящееся на хранении золото на сумму порядка $1 млрд.
Эта история указывает на то, что даже богатая, но не обладающая достаточным уровнем суверенитета в финансовой сфере страна может оказаться под внешним давлением. Чудовищные темпы инфляции в Венесуэле с трудом воспринимаются в процентном выражении. Более наглядна оценка, которая указывает на то, что в конце 2018 года розничные цены в стране в среднем удваивались каждые 19 дней. В таких условиях производство бумажных и металлических наличных денег теряет практический смысл. Поэтому в Венесуэле в качестве наличности широко используются все те же идеологически чуждые доллары США, а также колумбийские песо. Но при этом сохраняются большие проблемы с разменом наличных денег.
К слову, перед введением цифрового венесуэльского боливара эта страна уже прошла достаточно серьезную криптовалютную подготовку. Среди ее населения очень популярна специально адаптированная для Венесуэлы криптовалюта Dash. Кроме того, еще в декабре 2017 года в Венесуэле при содействии правительства была запущена криптовалюта Petro (PTR, El Petro) — представляет собой скорее не валюту, а токен, эквивалентный одному баррелю венесуэльской нефти. Очевидно, что полученный опыт будет использоваться при запуске нового, в очередной раз деноминированного венесуэльского боливара.
Так, в ближайшее время в Венесуэле случится то, что позднее начнет происходить во многих иных странах, включая США, ЕС и Россию. Разница заключается лишь в том, что Венесуэла запускает цифровой аналог национальной валюты в срочном вынужденном порядке, под влиянием острых экономических проблем.
Цифровые валюты vs "частные" криптовалюты
Анонимность не является обязательной чертой криптовалют. По-видимому, цифровой боливар и иные цифровые формы национальных валют не будут анонимным средством платежа — иначе это противоречит целям и задачам, которые стоят перед правительством и Центральным банком любой страны. Это означало бы официальный отказ от контроля над доходами и расходами граждан и компаний-резидентов. Таким образом, государство лишилось бы возможности собирать налоги с оборота и от чистой прибыли.
Теоретическим решением подобной проблемы могла бы стать единая комиссия со всех транзакций, которую собирал бы Центробанк в пользу государства. Но в таком случае цифровой боливар попросту превратился бы в аналог большого количества уже существующих криптовалют и был бы вынужден вступить с ними в прямую конкуренцию. Иными словами, затея с запуском анонимных аналогов фиатных валют не отвечает интересам их эмитентов. Собственно говоря, такой сценарий подрывает основы государственного строя.
Другой приятной особенностью многих уже существующих "частных" криптовалют является возможность их генерации в процессе так называемого майнинга. По-видимому, эта опция будет недоступна для цифровых аналогов фиатных валют. Это означало бы доступность для всех желающих такого лицензируемого способа заработка, как банковская комиссия за безналичные переводы. Это также можно рассматривать как потерю государством монополии на выпуск новых денег.
Поскольку опция майнинга для цифровых аналогов фиатных валют будет невозможна, отпадает необходимость и в использовании открытого распределенного реестра транзакций (блокчейн). По-видимому, с технологической точки зрения цифровые формы национальных валют будут функционировать на основе все того же блокчейна. Однако рядовой пользователь, скорее всего, не будет иметь доступа к данным, содержащимся в реестре операций. Транзакции не будут анонимными, но при этом информация о них не будет общедоступной.
Стоит упомянуть и про кардинально различные принципы эмиссии криптовалют и цифровых национальных валют. Денежная масса в государствах регулируется произвольно, на основе монетарной политики Центробанков. В то же время эмиссия цифровых валют осуществляется на основе известных программных алгоритмов и ее объем носит прогнозируемый ограниченный характер.
Еще одно фундаментальное отличие "частных" криптовалют от проектов цифровых аналогов национальных валют — существующие криптовалюты являются одноранговыми инструментами (P2P). Это значит, что расчеты в них осуществляются напрямую между электронными кошельками без участия каких-либо посредников, в том числе и банков. В этом и заключается ключевое преимущество "частных" криптовалют. Однако, судя по предварительной информации, цифровые национальные валюты не обойдутся без контроля со стороны Центробанков и банковских систем конкретных стран.
Уже сейчас известно, что в России на этапе тестирования цифрового рубля электронные кошельки для его хранения будут открываться в 12 уполномоченных банках. При этом условия проведения операций и тарифы по ним будут едиными. Предполагается, что платформа цифрового рубля будет внедряться в приложения банков через программный модуль ЦБ.
Таким образом, пользователь электронного кошелька сможет совершать с него любые операции в цифровых рублях через любой включенный в систему банк. Из этого можно сделать вывод, что банки потеряют свободу в части установления тарифов и комиссий за услуги. Но при этом у них останется технологическая возможность блокировки отдельных операций и электронных кошельков. К слову, электронные кошельки для использования тестируемого в Китае цифрового юаня (DCEP) также открываются через государственный Сельскохозяйственный банк Китая.
Как мы видим, будущие формы цифровых национальных валют имеют лишь частичное видимое сходство с существующими популярными криптовалютами. Они не будут децентрализованы и не будут анонимными. Но при этом их курс будет относительно стабилен. Некоторым преимуществом новой формы денег перед безналичными расчетами станет возможность проведения операций в случае временного отсутствия соединения с сетью Интернет. Но в целом Центробанки и правительства будут предлагать в обертке криптовалют некую новую прогрессивную форму все тех же безналичных расчетов. Их популярность будет обеспечиваться за счет административного ресурса. Из этого логично вытекает вероятность будущего ужесточения регулирования и введение законодательных ограничений в отношении уже существующих "частных" криптовалют.
Источник: ТАСС
